(24-07-2016 16:56:18 отредактировано )

Re: Цитаты

- Свобода не в том, чтоб не сдерживать себя, а в том, чтоб владеть собой.
- Во всем есть черта, за которую перейти опасно; ибо, раз переступив, воротиться назад невозможно.
- Счастье не в счастье, а лишь в его достижении.
- Надо любить жизнь больше, чем смысл жизни.
- Жизнь задыхается без цели.
- Перестать читать книги — значит перестать мыслить.
- Никто не сделает первый шаг, потому что каждый думает, что это не взаимно.
- Человек он умный, но чтоб умно поступать — одного ума мало.
- Если ты направился к цели и станешь дорогою останавливаться, чтобы швырять камни во всякую лающую на тебя собаку, то никогда не дойдешь до цели.

-Очень немного требуется, чтобы уничтожить человека: стоит лишь убедить его в том, что дело, которым он занимается, никому не нужно.
- Человек, умеющий обнимать — хороший человек.
- Удивительно, что может сделать один луч солнца с душой человека!
- В самом деле, выражаются иногда про «зверскую» жестокость человека, но это страшно несправедливо и обидно для зверей: зверь никогда не может быть так жесток, как человек, так артистически, так художественно жесток.
- Друг мой, вспомни, что молчать хорошо, безопасно и красиво.
- Главное, самому себе не лгите. Лгущий самому себе и собственную ложь свою слушающий до того доходит, что уж никакой правды ни в себе, ни кругом не различает, а стало быть, входит в неуважение и к себе и к другим. Не уважая же никого, перестает любить, а чтобы, не имея любви, занять себя и развлечь, предается страстям и грубым сладостям и доходит совсем до скотства в пороках своих, а всё от беспрерывной лжи и людям и себе самому.
- Большие не знают, что ребенок даже в самом трудном деле может дать чрезвычайно важный совет.
- Разум — подлец, оправдает что угодно!
- Не засоряйте свою память обидами, а то там может просто не остаться места для прекрасных мгновений.
- Я хочу хоть с одним человеком обо всём говорить, как с собой.

Все это - цитаты из Достоевского. Выборка не моя, оставила лишь то, с чем согласна.

"Женщины могут любить до потери пульса, но потом что-то у них внутри переворачивается... и они могут спокойно смотреть как ты подыхаешь в канаве, сбитый машиной, и им плевать на тебя." (Ч.Буковски)


"она нравилась ему очень сильно, и он боялся рисковать. Спугнуть хорошую женщину так же легко, как редкую бабочку. А вот увлечешься какой-нибудь стервой, так потом дустом ее из своей жизни не вытравишь." (с)

В голове полно тараканов... И все рыжие!/Несу добро. Ведрами. Полные ведра добра. Баба с ведрами - к удаче ;)/Срать надо меньше, господа!/Наличие яиц - не гарантия несучьего поведения!/Научилась играть в пофиг. Жизнь резко пошла на лад!/Не давайте мне повода, чтобы не офи...вать на последствия (с, Алиска)

(06-09-2016 20:30:31 отредактировано Маркиза Ангелов)

Re: Цитаты

Цитата дня сегодня для меня: Не держи зла. Держи питбуля и дробовик. И помни: никакой агрессии. и такая вот девочка на картике https://pp.vk.me/c637718/v637718585/7cda/j1OQ7gZqLtg.jpg
может глупо. но это заставило меня улыбнуться и проглотить внутренние слезы

(15-03-2018 23:55:24 отредактировано Алиска)

Re: Цитаты

- Скажи только, где Лорка?
- Зачем она тебе?
- Люблю с-суку.
...
- Купи себе собачку, — советует он. — Маленькую собачку. И люби. У нее есть хвост.
- Хвост? — таращит пьяные глаза Славик. — На х… мне ее хвост?
- Заведи собачку, вешай ей на хвост консервные банки и радуйся. Собачка не сбежит, животные привязчивые. А для женщины есть только одна тяжелая цепь — любовь. На ней может сидеть сколько угодно, и даже кормить как следует не попросит.
...
- Пойду.
- Куда?
- К соседу. У него собака вроде ощенилась. Как думаешь, с-следователь, кого взять: девочку, мальчика?
Странно тебя, однако, воспитывали, Славик. Лорка — сука, собачье дитя — девочка.
- Ты подумай как следует. Это ж такая ответственность!
- Вернется Лорка — убью. (с)



– Здравствуйте! – робко сказала Маша. Хотела сделать книксен, но не решилась.
– Привет. Вот бы никогда не подумал, что тебе нравится красивая поза «Страдаю во имя несчастной матери», – тихо сказал шеф.
– Кто страдает? Во имя кого?
– Ты всё время называешь её «мать» – а имя-то у неё есть?
– Елена Васильевна, – сиплым шепотом ответила Маша.
– Надо же, у вас обеих есть человеческие имена. А вы ведёте себя как два куска пластилина на одном ринге. Которые, зажмурившись, пытаются вылепить что-то друг из друга.
– Почему зажмурившись?
– Потому что если кто-то из вас откроет глаза – то он сразу поймёт, что напротив – живой человек, а не кусок пластилина.
– Нет, я не зажмурилась. Почему я зажмурилась? Это она.
– Это вы обе. Она хочет слепить из тебя идеальную дочь из своих фантазий. А ты хочешь слепить из неё идеальную мать из своих фантазий. Вы так похожи. Ведь вы сделаны из одного пластилина.
– Я не хочу быть из пластилина. Скажите, что это неправда.
– Скажи это сама, если ты не из пластилина. Пластилин не умеет говорить. А если ничего не выйдет – знаешь, всякое бывает. Тогда, – Даниил Юрьевич карикатурно нахмурился и даже, копируя манеру Кастора, выпустил из ноздрей аккуратные струйки пламени, – тогда дневник на стол! И с родителями к директору! То есть ко мне.
– А может быть – сразу к вам? – зацепилась за спасительную мысль Маша.
– Ты хотя бы попробуй. Ставлю восемьдесят против двадцати – ты справишься.
– А почему не девяносто против десяти? – обиженно спросила Маша.
– Посмотрите, она уже торгуется! Ты, значит, тоже уверена в том, что справишься сама, но пытаешься привлечь к этому делу совершенно замордованного старика? (с, Ольга Лукас, "Найти и исполнить")




Многие люди страшно гордятся своей недоверчивостью, более того, считают её одной из главных людских добродетелей. «Меня не проведёшь, я стреляный воробей. Чудес в природе не бывает!» – подмигивают они мирозданию, и мироздание, пожав плечами, отступает – зачем человека разочаровывать? На самом деле недоверчивость – это всего лишь инстинкт, обычный такой, развивающийся в процессе жизнедеятельности. Любая подопытная зверюшка это вам подтвердит: три удара током навсегда отучают от желания свернуть в левый тоннель во время экспериментальной прогулки по лабиринту.
Обжегшись на молоке, можно дуть на мороженое и сдувать его на пол, чтобы уж наверняка не попасться, а можно, прекрасно осознавая, что жизнь человеческая полна сюрпризов, причём не всегда приятных, всё равно доверять. (с, Ольга Лукас, "Найти и исполнить")



Когда Шурик появился на свет, его старший брат уже заканчивал первый класс. Младенец Николаю сразу понравился. Соседям по дому – тоже. И даже сварливая старуха общественница Цветкова, жившая на первом этаже, признала младшего Курманаева условно милым ребёнком, что в переводе с её языка означало «ангелочек, каких свет не видывал». (с, Ольга Лукас, "Найти и исполнить")



"Дура с сердцем и без ума такая же несчастная дура, как и дура с умом без сердца. Старая истина. Я вот дура с сердцем без ума, а ты дура с умом без сердца; обе мы и несчастны, обе и страдаем." ("Идиот", Достоевский)



"Кто посягает на единичную „милостыню“, — начал я, — тот посягает на природу человека и презирает его личное достоинство. Но организация „общественной милостыни“ и вопрос о личной свободе — два вопроса различные и взаимно себя не исключающие. Единичное добро останется всегда, потому что оно есть потребность личности, живая потребность прямого влияния одной личности на другую. В Москве жил один старик, один „генерал“, то есть действительный статский советник, с немецким именем; он всю свою жизнь таскался по острогам и по преступникам; каждая пересыльная партия в Сибирь знала заранее, что на Воробьевых горах ее посетит „старичок генерал“. Он делал свое дело в высшей степени серьезно и набожно; он являлся, проходил по рядам ссыльных, которые окружали его, останавливался пред каждым, каждого расспрашивал о его нуждах, наставлений не читал почти никогда никому, звал их всех „голубчиками“. Он давал деньги, присылал необходимые вещи — портянки, подвертки, холста, приносил иногда душеспасительные книжки и оделял ими каждого грамотного, с полным убеждением, что они будут их дорогой читать и что грамотный прочтет неграмотному. Про преступление он редко расспрашивал, разве выслушивал, если преступник сам начинал говорить. Все преступники у него были на равной ноге, различия не было. Он говорил с ними как с братьями, но они сами стали считать его под конец за отца. Если замечал какую-нибудь ссыльную женщину с ребенком на руках, он подходил, ласкал ребенка, пощелкивал ему пальцами, чтобы тот засмеялся. Так поступал он множество лет, до самой смерти; дошло до того, что его знали по всей России и по всей Сибири, то есть все преступники. Мне рассказывал один бывший в Сибири, что он сам был свидетелем, как самые закоренелые преступники вспоминали про генерала, а между тем, посещая партии, генерал редко мог раздать более двадцати копеек на брата. Правда, вспоминали его не то что горячо или как-нибудь там очень серьезно. Какой-нибудь из „несчастных“, убивший каких-нибудь двенадцать душ, заколовший шесть штук детей, единственно для своего удовольствия (такие, говорят, бывали), вдруг ни с того ни с сего, когда-нибудь, и всего-то, может быть, один раз во все двадцать лет, вдруг вздохнет и скажет: „А что-то теперь старичок генерал, жив ли еще?“. При этом, может быть, даже и усмехнется, — и вот и только всего-то. А почем вы знаете, какое семя заброшено в его душу навеки этим „старичком генералом“, которого он не забыл в двадцать лет? Почем вы знаете, Бахмутов, какое значение будет иметь это приобщение одной личности к другой в судьбах приобщенной личности?.. Тут ведь целая жизнь и бесчисленное множество скрытых от нас разветвлений. Самый лучший шахматный игрок, самый острый из них может рассчитать только несколько ходов вперед; про одного французского игрока, умевшего рассчитать десять ходов вперед, писали как про чудо. Сколько же тут ходов и сколько нам неизвестного? Бросая ваше семя, бросая вашу „милостыню“, ваше доброе дело в какой бы то ни было форме, вы отдаете часть вашей личности и принимаете в себя часть другой; вы взаимно приобщаетесь один к другому; еще несколько внимания, и вы вознаграждаетесь уже знанием, самыми неожиданными открытиями. Вы непременно станете смотреть наконец на ваше дело как на науку; она захватит в себя всю вашу жизнь и может наполнить всю жизнь. С другой стороны, все ваши мысли, все брошенные вами семена, может быть уже забытые вами, воплотятся и вырастут; получивший от вас передаст другому. И почему вы знаете, какое участие вы будете иметь в будущем разрешении судеб человечества? Если же знание и целая жизнь этой работы вознесут вас наконец до того, что вы в состоянии будете бросить громадное семя, оставить миру в наследство громадную мысль, то..." (Достоевский, "Идиот")



"Дом его поразил меня; похож на кладбище, а ему, кажется, нравится, что, впрочем, понятно: такая полная, непосредственная жизнь, которою он живет, слишком полна сама по себе, чтобы нуждаться в обстановке." (Достоевский, "Идиот")



"Религия! Вечную жизнь я допускаю и, может быть, всегда допускал. Пусть зажжено сознание волею высшей силы, пусть оно оглянулось на мир и сказало: „Я есмь!“, — и пусть ему вдруг предписано этою высшею силой уничтожиться, потому что там так для чего-то, — и даже без объяснения для чего, — это надо, пусть, я всё это допускаю, но, опять-таки вечный вопрос: для чего при этом понадобилось смирение мое? Неужто нельзя меня просто съесть, не требуя от меня похвал тому, что меня съело? Неужели там и в самом деле кто-нибудь обидится тем, что я не хочу подождать двух недель? Не верю я этому; и гораздо уж вернее предположить, что тут просто понадобилась моя ничтожная жизнь, жизнь атома, для пополнения какой-нибудь всеобщей гармонии в целом, для какого-нибудь плюса и минуса, для какого-нибудь контраста и прочее, и прочее, точно так же, как ежедневно надобится в жертву жизнь множества существ, без смерти которых остальной мир не может стоять (хотя надо заметить, что это не очень великодушная мысль сама по себе). Но пусть! Я согласен, что иначе, то есть без беспрерывного поядения друг друга, устроить мир было никак невозможно; я даже согласен допустить, что ничего не понимаю в этом устройстве; но зато вот что я знаю наверно: если уже раз мне дали сознать, что „я есмь“, то какое мне дело до того, что мир устроен с ошибками и что иначе он не может стоять? Кто же и за что меня после этого будет судить? Как хотите, всё это невозможно и несправедливо.
А между тем я никогда, несмотря даже на всё желание мое, не мог представить себе, что будущей жизни и провидения нет. Вернее всего, что всё это есть, но что мы ничего не понимаем в будущей жизни и в законах ее. Но если это так трудно и совершенно даже невозможно понять, то неужели я буду отвечать за то, что не в силах был осмыслить непостижимое? Правда, они говорят, и, уже конечно, князь вместе с ними, что тут-то послушание и нужно, что слушаться нужно без рассуждений, из одного благонравия, и что за кротость мою я непременно буду вознагражден на том свете. Мы слишком унижаем провидение, приписывая ему наши понятия, с досады, что не можем понять его. Но опять-таки, если понять его невозможно, то, повторяю, трудно и отвечать за то, что не дано человеку понять. А если так, то как же будут судить меня за то, что я не мог понять настоящей воли и законов провидения? Нет, уж лучше оставим религию."  (Достоевский, "Идиот")

В голове полно тараканов... И все рыжие!/Несу добро. Ведрами. Полные ведра добра. Баба с ведрами - к удаче ;)/Срать надо меньше, господа!/Наличие яиц - не гарантия несучьего поведения!/Научилась играть в пофиг. Жизнь резко пошла на лад!/Не давайте мне повода, чтобы не офи...вать на последствия (с, Алиска)

(09-04-2018 19:52:17 отредактировано Kinky)

Re: Цитаты

"...знавал я  одного  китайского
коммуниста по имени Цзе Чжуан. Ему часто снился один сон - что он  красная
бабочка, летающая среди травы. И когда он  просыпался,  он  часто  не  мог
взять  в  толк,  то  ли  это  бабочке  приснилось,  что   она   занимается
революционной работой, то ли это подпольщик видел сон, в котором он порхал
среди цветов. Так вот, когда этого Цзе Чжуана  арестовали  в  Монголии  за
саботаж, он на допросе так и сказал, что он на самом деле бабочка, которой
все это снится. Поскольку допрашивал его сам барон Юнгерн, а он человек  с
большим пониманием, следующий вопрос был о  том,  почему  эта  бабочка  за
коммунистов. А он сказал, что она  вовсе  не  за  коммунистов.  Тогда  его
спросили,   почему   в   таком   случае   бабочка   занимается   подрывной
деятельностью. А он ответил,  что  все,  чем  занимаются  люди,  настолько
безобразно, что нет никакой разницы, на чьей ты стороне.
     - И что с ним случилось?
     - Ничего. Поставили его к стенке и разбудили.
     - А он?
     Чапаев пожал плечами.
     - Дальше полетел, надо полагать."

(Разумеется, это Пелевин, "Чапаев и Пустота")

Если мы те, про кого был написан наш паспорт,  скажи, зачем мы танцуем на самом краю в этом вышитом нижнем белье? (с)

Прокат и ремонт велосипедов в Костроме, Чайковского, 6

Re: Цитаты

Фидель спросил:
- Тебе Эдита Пьеха нравится? Только откровенно.
- Еще бы, - сказал я.
- На лицо и на фигуру?
- Ну.
- А ведь ее кто-нибудь это самое, - размечтался Фидель.
- Не исключено, - говорю.
- В женщине главное не это, - сказал Фидель, - главное - характер. В смысле - положительные качества... У меня была одна чувиха в Сыктывкаре, так я ей цветы дарил. Незабудки, розы, хризантемы всяческие...
- Врешь, - сказал я.
- Вру, - согласился Фидель.

С. Довлатов, "Зона"

Адам ушёл в костюме Евы
И Еве нечего надеть. (с)

Re: Цитаты

Ясно, что, объявляя себя "психом", я несколько преувеличивал. Это простой, но на удивление эффективный дипломатический приём я обычно с огромным успехом применяю, когда хочу сохранить за собой привилегию вести себя, как того пожелает моя левая пятка, не слишком заботясь об удобствах окружающих.

#Макс_Фрай #Мертвый_ноль

Если долго сидеть на берегу реки, то можно увидеть, как мимо проплывёт труп твоего врага.
"Искусство войны" Сунь Цзы